Нежная мелодия наполнила воздух. Не было слышно ничего, кроме томительного пения скрипки. Зрители молча смотрели на стоящую на сцене девушку. Когда песня завершится, грянут аплодисменты, но сейчас люди были околдованы молодой женщиной в шелковом синем платье. Волосы цвета морской волны рассыпались по плечам, глаза закрыты. Казалось, в эти мгновения ничто кроме музыки для нее неважно.
Харука, я скучаю по тебе.
Мичиру улыбнулась и постаралась вложить в следующую песню всю свою любовь к ней. Она сочинила эту мелодию на прошлой неделе, соскучившись по подруге. Скользя пальцами по струнам, она представляла Харуку за рулем автомобиля. Посреди разгрома на кухне. Под душем. Вместе с Хотару…
Девушка вздохнула, на ее сомкнутых ресницах заблестели слезы. Мелодия наполнилась тоской.
Прошло уже три – нет! - почти четыре месяца с тех пор, как она покинула Японию. Сегодня она выступает в Барселоне, на следующей неделе отправится в Америку.
Это ведь не так уж и далеко. Ну, почти…
>Я буду ждать тебя, пока я жива.<
Мичиру грустно улыбнулась, вспомнив слова Хару. Они дали ей силы, чтобы продолжить жить. Каждый вечер выходить на сцену. И, возможно, эти слова помогут преодолеть боль, что терзает ее со дня операции…
Я люблю тебя, Хару.Нежная мелодия наполнила воздух. Не было слышно ничего, кроме томительного пения скрипки. Зрители молча смотрели на стоящую на сцене девушку. Когда песня завершится, грянут аплодисменты, но сейчас люди были околдованы молодой женщиной в шелковом синем платье. Волосы цвета морской волны рассыпались по плечам, глаза закрыты. Казалось, в эти мгновения ничто кроме музыки для нее неважно.
Харука, я скучаю по тебе.
Мичиру улыбнулась и постаралась вложить в следующую песню всю свою любовь к ней. Она сочинила эту мелодию на прошлой неделе, соскучившись по подруге. Скользя пальцами по струнам, она представляла Харуку за рулем автомобиля. Посреди разгрома на кухне. Под душем. Вместе с Хотару…
Девушка вздохнула, на ее сомкнутых ресницах заблестели слезы. Мелодия наполнилась тоской.
Прошло уже три – нет! - почти четыре месяца с тех пор, как она покинула Японию. Сегодня она выступает в Барселоне, на следующей неделе отправится в Америку.
Это ведь не так уж и далеко. Ну, почти…
>Я буду ждать тебя, пока я жива.<
Мичиру грустно улыбнулась, вспомнив слова Хару. Они дали ей силы, чтобы продолжить жить. Каждый вечер выходить на сцену. И, возможно, эти слова помогут преодолеть боль, что терзает ее со дня операции…
Я люблю тебя, Хару.
Каждую ночь она звонила Харуке, и они подолгу разговаривали обо всем, что случилось в Японии или произошло на гастролях. С каждым вечером ей все труднее становилось говорить «до свидания». Все чаще Мичиру просыпалась вся в слезах. Но когда девушка стояла на сцене и видела полный зал, она понимала, что поступила правильно. Здесь она могла быть собой. И только здесь она сумеет полностью залечить свои раны.
Здесь она становилась прежней Мичиру.
В мелодии послышалась робкая надежда, и в это мгновение девушка готова была поклясться, что слышит, как кто-то тихо заиграл на рояле. Она написала эту мелодию для скрипки и фортепьяно. Но сейчас Мичиру исполняла ее в одиночестве. Скрипачке не хотелось, чтобы ей аккомпанировал кто-то кроме Харуки.
До слуха Мичиру донеслись взволнованные голоса иннеров и смех Мамору. Стук дверей и трели телефонов. Затем все стихло, и в тишине раздался детский плач.
Девушка открыла глаза и посмотрела на прозрачно-голубое небо над головой. Мелодия зазвучала с нежностью и трепетом.
"Здравствуй, Чибиуса." – Прошептала Мичиру, а затем закрыла глаза, чтобы снова вернуться в свой мир, сотканный из музыки.
***
Надрывался телефон.
Харука перекатилась на другую половину кровати и накрыла голову подушкой. Завтра у нее важная гонка, и она, во что бы то ни стало, решила выспаться.
Наконец, кто-то взял трубку.
Харука была безмерно благодарна этой доброй душе.
Затем дверь ее спальни с треском распахнулась, и Ятен с размаху плюхнулся к ней на кровать и изо всех сил тряхнул за плечи. Харука пыталась от него отмахнуться, но парень был сильнее ее.
И тяжелее!
"Просыпайся! Хватит дрыхнуть!" – кричал он, расплывшись в дурацкой улыбке, и гонщица покорно включила свет. - "Это девочка!!!" – радостно воскликнул юноша, и глаза его загорелись.
"Слезь с меня!" – Пихнула его Харука и одернула футболку, по совместительству служившую ей ночной сорочкой.
Надеюсь, он не заметил мой живот.
Доктор подтвердил, что она уже на четвертом месяце, и, присмотревшись, это мог заметить любой наблюдательный человек.
"Мы и так знали, что будет девочка." – Проворчала Харука и тут же пожалела о своих словах, увидев на лице Ятена разочарование.
"Но это мой единственный шанс сказать эти слова…" – прошептал певец. Харука просто посмотрела на него.
Не уверена…
Юноша вдруг покраснел, сообразив, что буквально сидит на ней, и живо вскочил на ноги.
"Прости… Я… я не хотел…" – пробормотал Ятен, отступая к двери.
"Да ладно, брось ты." – Харука встала с постели и взяла купленные на прошлой неделе широкие черные брюки с поясом на резинке. Продавщица назвала это одеждой для беременных. Харука всегда была очень худенькой, но теперь все джинсы стали ей малы.
Но я никогда не надену платье! Ни за какие коврижки!
Бормоча себе под нос эту смешную клятву, девушка надела штаны и вышла в коридор.
Должен быть другой выход!
Внизу стояла растрепанная Хотару. На девочке уже красовалось сиреневое платьице, и теперь она с любопытством разглядывала взбудораженную Сецуну.
"Живее!" – бросила та малышке.
"В чем дело-то…" – сонно зевая, протянула Хотару, прижав к себе медвежонка. Было уже очень поздно, ребенок засыпал на ходу, и Харука взяла ее на руки.
"Мы едем в больницу." – Сказала девушка и поспешила за Сецуной. Ятен уже ждал их в машине. - "Чибиуса родилась."
"Чибиуса?" – Потрясенно уставилась на нее Хотару. - "Но я оставила карты в своей комнате!"
"Ничего, покажешь их Чибиусе в другой раз." – Харука чмокнула девочку в лобик и усадила в машину на заднее сидение.
"Ну что, поехали?" – спросила гонщица, садясь за руль. На мгновение она замешкалась и с сомнением посмотрела на Сецуну, возившуюся с ремнем безопасности.
"Что-то не так?" – спросила Хранительница Времени.
"Ты уверена, что хочешь ехать в больницу в таком виде?" – уточнила Харука с улыбкой добродушного маньяка на лице . - "Нет, я не спорю, смотрится очень миленько…"
Сецуна в замешательстве уставилась на полупрозрачное зеленое неглиже и густо покраснела.
"Ой!…" – только и сумела она вымолвить, после чего выскочила из машины и побежала наверх.
"Знаешь, мне кажется, она волнуется больше, чем Мамору." – Ухмыльнулся Ятен и расхохотался.
***
Они собрались в больничной палате. Усаги лежала в постели, усталая, но счастливая. На ней была белая ночная сорочка, длинные белокурые волосы разметались по подушке – она походила на ангела.
Мамору сидел рядом и рассматривал маленький сверток у нее на руках. Он даже не заметил, как дверь тихонько открылась и в палату зашли девочки.
"Меркури, да убери ты эту книгу!"
"А твой пирог? Чибиусе всего несколько часов! Она еще не есть выпечку!"
"Ну так Усаги съест, она это любит… Но только после того, как я спою им свою песню!"
"Ой, да замолчите вы все!" – одернула их Сэйлор Плутон. - "Как вы можете ссориться в такой момент?!"
Все четверо притихли. Как только девушки увидели малютку на руках Усаги, они одновременно встали на колени возле кровати.
"Надеюсь, мы не слишком опоздали!"
Будущая Королева подняла голову и улыбнулась. Она никогда не видела Сэйлор Плутон такой взволнованной. Даже во время битвы с Галаксией.
"Успокойся!" – Второй голос принадлежал Целителю.
"Посреди ночи! Этот ребенок еще несноснее, чем его мать!" – В палату, зевая, вошел Воин. В первый миг он ошеломленно уставился на сверток в руках Усаги. Лицо погрустнело, но, встретившись глазами с Усаги, он вновь просиял.
"Поздравляю." – тихо сказал он.
"Спасибо, Сейя."
Воины внешнего круга опустились на колени по правую сторону от кровати. Подошла и Хотару. Девочка единственная не перевоплотилась в воина, она была слишком мала и не знала, что однажды станет Сэйлор Сатурн. Малышка с любопытством посмотрела на спящего ребенка, и на лице у нее заиграла улыбка.
"Привет, Чибиуса." – Прошептала она, осторожно коснувшись крошечной детской ручонки. - "Я по тебе скучала." – Она даже не понимала, почему сказала это. Девочка просто смотрела на маленькие пальчики, сжавшие ее палец.
"Она очень хрупкая." – Лицо Хотару стало серьезнее, но она не могла оторвать взгляд от личика младенца. - "Но у нее уже хватило сил, чтобы спасти мне жизнь… "
"Пойдем!" – сказал Воин и хотел уйти.
"Почему мы не можем защищать двух Королев?" – произнес Творец, глядя на Усаги и Мамору. - "Почему мы не должны доверять Королеве, сохранившей наши жизни?" – Он опустился на колени возле кровати. - "Почему мы не можем защищать её и маленькую Принцессу?"
"Он прав. " - Прошептал Целитель и посмотрел на понурившего голову Воина. - "Признаемся честно, мы ведь не хотели уезжать. Именно поэтому мы не последовали за Принцессой Какюю. Она хотела возродить нашу родную планету. Это ее долг, и мы смирились с этим. Но мы не последовали за ней. Возможно, наш долг – быть рядом с Принцессой. Но я думаю, мы не смогли бы покинуть эту планету, потому что она стала для нас новым домом." – Целитель встал рядом с Творцом. -"Может быть, когда-нибудь Принцесса Какюю тоже поймет это…" – Его голос становился все тише и тише, пока наконец не растворился в ночи. Воин вздохнул и тоже встал на колени.
Камни в диадемах воинов засверкали. Разноцветные огни окружили постель, на которой сидели будущая Королева, будущий Король и будущая Принцесса Хрустального Токио. Спокойным и уверенным голосом начала свою речь Сэйлор Марс. Она звучала как благословение и одновременно как клятва в верности.
Как она изменила свою матроску?
Мичиру оторвала глаза от ребенка и уставилась на подругу. Ее нисколько не удивило, что она странным образом перенеслась из гостиничного номера в больницу. Она - Сэйлор Нептун, и она обязана защищать Принцессу, как и остальные воины, включая старлайтов…
Мичиру поразило сэйлор-фуку ее возлюбленной. Харука любила обтягивающую одежду, и обычно ее матроска плотно облегала фигуру. Обычно. Но сегодня Уранус была одета в свободную белую рубашку с синими рукавами, почти закрывавшую короткую юбку, которую Харука люто ненавидела. Но матроска не могла стать другой, потому что все воины, кроме старлайтов, носили прежние костюмы.
Почему ее сэйлор-фуку изменилось?
Мичиру с трудом сглотнула. Она не могла найти этому объяснения.
Как она это сделала?
В это мгновение Харука подняла голову и посмотрела в сияющие глаза подруги. Нептун с нежностью улыбнулась ей. Лидер внешних воинов попыталась дотянуться до ее руки, но у нее ничего не вышло. Она могла лишь видеть Мичиру.
В зеленых глазах горели непроизнесенные слова.
Я скучаю по тебе.
Синие глаза улыбнулись.
Я люблю тебя.
Мичиру снова сосредоточилась на словах Сэйлор Марс и сияние вокруг нее стало ярче.
Я могу сказать ей.
Харука заколебалась, но потом решила промолчать. Сейчас не время.
Огни вспыхнули, голос стал громче. Девять голосов слились в один, когда они произносили клятву.
Затем Сэйлор Марс встала на ноги и подошла к кровати. Она погладила пушистые розовые волосики малышки и улыбнулась Чибиусе.
А потом она состроила самую уморительную рожицу, какую Усаги только видела. Она тихонько хихикнула и расхохоталась в голос, услышав следующие очень важные слова Рей.
"Гуси-гуси, га-га-га!"